Бросил офис и отправился на Север: сколько теперь зарабатывают вахтовики

Пурга в тундре не знает пощады: ветер сбивает с ног, а видимость падает до нуля. И всё это при минус четырёх — для Арктики классика. В двадцати метрах от вахтовки мир исчезает, растворяется в белой круговерти. «Актовка», то есть вынужденный простой из‑за погоды, становится привычным ритмом жизни.

Зимник на западе Таймыра давно похоронен под снегом. Тяжёлая техника стоит на приколе, но несколько человек оказались в рейсе, когда стихия решила напомнить, кто здесь хозяин.

В советские годы даже в такую погоду бригады уходили в тундру — план любой ценой. Сегодня подход иной: жизнь дороже отчётов. Вахтовики шутят: «Солдат спит, а вахта идёт». Но полного покоя нет. Несколько раз в сутки нужно проведать технику на стоянке. Машины здесь не глушат всю зиму — они работают без остановки, как сердце Арктики.

За каждой историей, которую рассказывают в этих краях, стоит человек, принявший когда‑то решение: «Еду на Север». Познакомимся с некоторыми.

Альберт, водитель с огромным стажем, объездил полстраны: Ямал, Сахалин, Коми, Якутия, теперь Таймыр. Родом из Поволжья, но большую часть жизни проводит за полярным кругом. Когда‑то поехал за длинным рублём, а теперь признаётся: Север затягивает. Две попытки осесть в Москве провалились — душа требовала простора. Сейчас зарабатывает 120–150 тысяч. В лучшие времена, с двойными выплатами за задержки, бывало и под 600 тысяч. На эти деньги построил дом, обзавёлся техникой, поднял детей. Для его родного городка на границе с Казахстаном это космос.

Александр — человек, который променял банковский офис на нефтянку. Сидел в кресле, обслуживал клиентов, а потом взял и ушёл по стопам отца. Начинал с кладовщика, дорос до руководителя участка. Сегодня его зарплата — за 200 тысяч. В банке такое и не снилось.

Василий пять лет назад уехал из Омска: денег на семью не хватало. Сначала мотался по трёхмесячным вахтам в Иркутской области, теперь водит трекол на Таймыре. Мотив простой: деньги. Если бы нашёл такой же доход где‑то поближе к дому, уехал бы, не раздумывая.

Фёдор — почти местный. Вырос на Ямале, потом была Тюмень, но Север позвал обратно. Сейчас водит трекол на Таймыре. Зарплата в 150–170 тысяч — весомый плюс, но не главный. Фёдор влюблён в полярное сияние, с гордостью рассказывает родным о белых медведях, которые забредают на базу. В нём живёт та самая северная романтика, ради которой люди едут сюда снова и снова.

Сейчас читают:

Запомните раз и навсегда: что делать сначала - клеить обои или натягивать потолок Пошел работать курьером за 150 тысяч, через месяц сбежал за 60 тысяч: вот теперь точно не жалею Крышки от бутылок больше не выбрасываю: сосед рассказал об идеальном применении - теперь спасение от всех бед